Из широкой плеяды русских художников 20 века Павел Корин все-таки выделяется, и главным образом своей классичностью, той ощутимой нитью, которой он связан с предшественниками, художниками 19 века.
Корин вернулся из заграничной поездки летом 1932 года и привез с собой созданный в Сорренто большой портрет А. М. Горького», о котором сам Горький отзывался как о лучшем из всех портретов», написанных с него художниками, привез с собой и несколько пейзажей Италии и, наконец, множество зарисовок с произведений мировой архитектуры, скульптуры и живописи.
Последние годы перед войной Корин работал главным образом как портретист. Среди его портретов этого времени наиболее известны принадлежащие Третьяковской галерее писателя Алексея Толстого, мастера кисти Михаила Нестерова, а также других художников 19 и 20 века.

В созданных портретах Корин в полной мере проявил свое умение «читать в сердцах людей». Запечатлеть в портрете лишь внешний облик человека, пусть даже до иллюзии живой натуры, для Корина значит, ничего не сказать. Он настойчиво и смело внедряется в душу человека, в сокровенные глубины его внутреннего «я», исполняя это совершенно не свойственным для художников 20 века способом. Как происходит это постижение натуры? Прирожденным даром подлинного художника – видеть острее и глубже, чем простые смертные? Умом? Да, и прирожденным даром и умом. Корин не боится думать, не боится поведать в живописи о том, что понял, умом осознавая жизнь и людей. Коринское понимание человеческого достоинства, которое он видит прежде всего в страстной преданности высшим идеалам, в борьбе за них, обусловило и особенности портрета его учителя Михаила Васильевича Нестерова.

Нестеров изображен суровым, как бы охваченным полемическим гневом. Упорно и страстно, непримиримый и жестокий к воображаемому противнику или поколебавшемуся другу, доказывает он правоту своего понимания искусства и жизни.
В годы Великой Отечественной войны у Корина, как и у всего русского народа, с особенной силой проявилось патриотическое чувство, интерес к национальному прошлому нашей Родины, к ее лучшим вековым традициям. Перед ним встала задача воплотить в искусстве образы великих исторических деятелей, образы воинской доблести и духовной силы, вдохновлявшие советских бойцов на борьбу и подвиги.
В 1942 году в залах Третьяковской галереи, на первой большой выставке военных лет, появился коринский «Александр Невский» - центральное полотно задуманного триптиха. Обращение к этой форме не случайно, оно обусловлено всем героически-приподнятым стилем искусства Корина. Стиль Корина коринская форма, особенности его живописного языка, естественно, обусловлены содержанием его искусства, его пониманием задачи художника.

Стиль Корина сложился в значительной мере в противовес импрессионистической живописной культуре. Начать с того, что Корин реабилитирует изгнанный импрессионистами черный цвет. В противовес легкости и нематериальности живописи импрессионистов он выдвигает живопись тяжелую и плотную, совсем не похожую на ту, которую пишет большинство художников 20 века. В противовес живописности и расплывчатости формы – форму, укрепленную до жесткости, и строгий, четкий рисунок-костяк. В противовес живописной дробности Корин утверждает широкие цветовые плоскости. Взамен формы – знака внешнего впечатления – форму как выражение внутренней сущности. Наконец, образу впечатлению (единочному, в данное время, в данных условиях) – обобщенные образы, тяготеющие к символу.

Часто в произведениях художника 20 века Павла Корина улавливается непосредственная связь мастера с произведениями еще одного классика отечественной живописи, но из века предшествующего двадцатому Александра Иванова. Но оставаясь самим собой, Корин приближается к гармонии и спокойному величию классического искусства. Для Корина Иванов является высочайшим образцом гармонического искусства, но в то же время Корин понимает, что не может художник 20 века не может сегодня говорить языком Александра Иванова. Явления искусства не могут повторяться. Изучая художественную речь великих мастеров прошлого, подлинный художник неизбежно будет говорить своим языком своего времени.

По материалам статьи «Павел Корин» С. Дружинина